Отрасль периода полураспада

122
Атом. Авария на «Фукусиме» поставила под угрозу только-только наметившийся ренессанс в ядерной энергетике. Какими будут последствия для ранее столь перспективной отрасли?

Отрасль периода полураспада

 

Еще до своего разрешения кризис на японской атомной станции «Фукусима Даичи» уже затмил события предшествующего разрушительного землетрясения и цунами. Хотя количество жертв и пострадавших в результате этих двух событий несопоставимо – землетрясение и цунами унесли, по последним подсчетам, около 30 тыс. жизней (погибшие и пропавшие без вести), – а в результате аварии на атомных реакторах никто не погиб и среди населения даже нет сообщений о серьезно пострадавших, СМИ упорно перенаправляют внимание публики именно на аварию на АЭС, нагнетая зачастую беспочвенную панику. Get out of Tokyo now! – таким крикливым заголовком пугал на прошлой неделе домохозяек британский таблоид The Sun, более сдержанная немецкая пресса была немногим лучше*. Волна радиофобии захлестнула весь мир. И хотя делать какие-либо выводы для будущего атомной энергетики из сложившейся ситуации преждевременно, первоначальная реакция властей по всему миру показывает, что политики поддались всеобщим антиатомным настроениям. Неужели атомный ренессанс, так толком и не начавшийся, уже завершился? И так ли уж опасна атомная энергетика в сравнении с ее альтернативами?
Атомные реакторы на «Фукусиме» столкнулись с весьма нетипичной ситуацией: сначала они выдержали удар землетрясения, в результате которого оказались обесточенными, а потом и удар цунами, в результате которого, в свою очередь, отключились аварийные дизель-генераторы. Дополнительные аккумуляторы исчерпали свой ресурс за 8 часов, и на станции возникла наиболее тревожная из возможных ситуаций, развитие которой мы сейчас и наблюдаем, – полный блэкаут. Сейсмоопасная зона, да еще и на самом берегу, в зоне, потенциально подверженной цунами, – пожалуй, действительно не лучшее место для атомной станции, это ясно всем (впрочем, как и для любого другого объекта с концентрацией огромной энергии: что было бы, если бы на месте «Фукусимы» оказалась, например, крупная ГЭС и прорвало бы дамбу?).

Цепная политическая реакция.
Но СМИ и политики не обращают внимания на эти тонкости. О закрытии семи реакторов схожей с фукусимскими конструкции уже заявила Германия (судьба всех 17 реакторов в стране тоже под вопросом). При этом, по опросам, 70% населения Германии поддерживают это решение – вероятно, они тоже опасаются одновременного разрушительного землетрясения и цунами на территории Германии (если вам когда-нибудь будут расхваливать немецкий прагматизм, можно вспомнить этот эпизод). О пересмотре своей политики в области развития атомной энергетики среди прочих заявили правительства Италии (годичный мораторий на строительство новых АЭС), Швейцарии (мораторий на лицензирование новых реакторов), Китая (временная остановка лицензирования), Тайваня (остановка строительства новой АЭС) и Израиля (пересмотр стратегии энергетического развития). Котировки добывающих уран компаний резко повалились, упала, по данным Ux Consulting Company, хотя и не драматично, цена и на само урановое топливо (с недавнего пика в $74 за фунт закиси-окиси урана U3O8 до $60 – паники не произошло, потому как уран не является биржевым товаром).
На вопрос же, чем заменить АЭС, которые сейчас ответственны за 14% всей мировой электрогенерации, власти предпочитают молчать. Для той же Германии последствия остановки атомных реакторов станут явными очень быстро, причем это будут последствия не только экономические, но и, как это ни парадоксально, экологические. Как отмечают специалисты Breakthrough Institute, в результате остановки семи реакторов в Германии неизбежно повысятся выбросы СО2 и других парниковых газов (выброс парниковых газов в атмосферу с атомных станций нулевой).
Страна и так развивает генерацию, основанную на возобновляемых источниках энергии (ВИЭ) так быстро, как только может, и вынуждена будет замещать выбывшие атомные мощности сжиганием ископаемого топлива – угля и газа – с соответствующими выбросами в атмосферу. По данным RWI (Rheinisch-Westflisches Institut fr Wirtschaftsforschung), только запланированный на 2011 год ввод в строй различных типов солнечной генерации обойдется налогоплательщикам в 120 млрд евро в течение 20 лет (государство устанавливает фиксированную цену закупки электроэнергии, произведенной с помощью ВИЭ – так называемые встроенные (feed-in) тарифы, а распределительные компании перекладывают эту завышенную стоимость на конечных потребителей).

Альтернативы. Но, несмотря на эти потуги, Германия до сих пор получает от солнечной энергетики всего 2% от общей электрогенерации и около 6% от ветряков, в то время как атомная дает 26%. К сожалению, ВИЭ по многим показателям уступают традиционным углеводородным источникам сырья и атомной энергетике. В случае с ветровой и солнечной энергетикой главная проблема заключается в непостоянстве источника энергии. Солнечная энергетика еще менее эффективна и еще более дорогостояща, особенно в регионах, где солнца не так уж много, и особенно, когда энергии требуется больше всего, то есть зимой. Небезупречны ветряки и различные установки солнечной генерации и с точки зрения экологии – проблема опять-таки в малой плотности энергии на единицу занимаемой площади. «Давайте быть реалистами, – пишет профессор физики Кембриджского университета Дэвид МакКэй в своей книге «Возобновляемая энергия – Без горячки» «Sustainable Energy – Without the Hot Air». – Ветряк при средней скорости ветра в 6 м/с производит 2 Вт/м2 в расчете на единицу площади, для сравнения: атомная электростанция дает более 1000 Вт/м2. Какую долю территории мы готовы полностью покрыть ветряками? Может быть, 10%? Подсчитаем: если мы покроем 10% территории Великобритании с самым большим ветропотенциалом этими установками, то мы сможем производить 20 кВт·ч в день в расчете на человека, что составит всего лишь половину от энергии, необходимой для перемещения автомобиля на 50 км и почти одну десятую от среднего потребления всей энергии в день британцем (исключая еду)!». Для этого, подсчитал МакКэй, потребуется в 50 раз больше ветряков, чем сейчас расположено в Дании (мировой лидер в ветроэнергетике). «Ветряки могут без всякого толку изуродовать наш ландшафт», – соглашается с этой точкой зрения знаменитый эколог, автор теории «Геи» (Живой Земли) Джеймс Лавлок. А сколько уйдет на инсталляцию всего этого добра цемента, стали и той же самой энергии?

Мертворожденный ренессанс? До «Фукусимы» атомная энергетика переживала период короткого ренессанса. После бурного роста в 1970-е и 1980-е, атомная энергетика сильно пострадала от общественной реакции на аварии в Тримайл-айленде и Чернобыле. С конца 1980-х и до середины 2000-х лет отрасль стагнировала. Только к середине 2000-х стигма Чернобыля стала стираться из памяти и отрасль снова ожила, ведь атомная генерация, казалось, сочетала в себе оптимальные черты новой энергетики – отказ от ископаемого топлива, нулевые выбросы парниковых газов, обязательства по сокращению которых приняли на себя большинство развитых стран мира, и плюс к этому дешевизну и надежность. АЭС дороги в строительстве, но очень дешевы в обслуживании. По данным World Nuclear Association, в 2008-м средняя стоимость производства электричества на атомных станциях составляла 1,87 цента за кВт·ч (операционные издержки + стоимость топлива), в то время как получаемое при сжигании угля электричество стоило 3,5 цента, природного газа – 8 центов и нефти – 18 центов, ветряки и солнечная энергетика давали еще более дорогое электричество.
По прогнозам World Nuclear Association, к 2030 году существенное увеличение мощностей в атомной энергетике ожидалось не только в быстрорастущих экономиках вроде Китая (в планах Поднебесной было довести установленную мощность АЭС с 9 ГВт в 2008-м до 200 к 2030-му!), но и в развитых западных странах – без новых АЭС им просто было бы не справиться с объявленными целями по снижению выбросов СО2. Канада, Чехия, Финляндия, Франция, Япония, Корея, Турция, Великобритания, США, Венгрия, Италия, Польша, Швейцария, Нидерланды – все эти страны планировали существенно увеличивать мощности существующих АЭС и строить новые. Говорил о ренессансе атомной энергетики и глава «Росатома» Сергей Кириенко: «Примерно к середине прошлого года каждый, у кого не было атомной энергетики, стремился немедленно построить себе атомную станцию. У меня иногда даже возникал вопрос: так ли это нужно каждой из стран, которая об этом заявляла? Но было такое ощущение моды, того, что необходимо не только с точки зрения энергетики, но и с точки зрения условий инновационного развития». По прогнозам Управления по атомной энергии при ОЭСР (NEA), установленная мощность всех АЭС должна была вырасти с 372 ГВт в 2007-м до 470 ГВт в 2020-м.
Сломала ли «Фукусима» этот тренд? Пока неизвестно. В горячих головах, раздразненных СМИ, возможно, сломала. Даже если реакторы будут в конце концов захоложены и никаких других инцидентов не случится и пострадавших (за исключением обслуживающего персонала станции) на «Фукусиме» не будет, встревоженная публика все равно сконцентрируется на том, что «могло бы быть хуже». Впрочем, более прагматично настроенные граждане и политики понимают, что авария на «Фукусиме» произошла в результате двойной катастрофы (землетрясение и цунами), которая вряд ли повторится в менее сейсмоопасных регионах планеты, а последствия аварии не столь уж апокалиптичны. Да и альтернативы атомной энергии тоже далеко не безвредны, а, по данным ВОЗ, по количеству человеческих смертей на тераватт·час вырабатываемой электроэнергии атомная энергетика вообще самый безопасный тип генерации.
Во многих странах это понимают лучше, чем в той же Германии. Например, во Франции, где 80% электроэнергии вырабатывается на АЭС и самое дешевое электричество среди крупных экономик ЕС, никто о закрытии реакторов не помышляет, а опросы общественного мнения показывают, что население поддерживает развитие атомной энергетики. Не намерена пересматривать свою атомную политику и Москва. «Россия продолжит развивать атомную энергетику, причем в ускоренном режиме», – сообщил на пресс-конференции в рамках выставки Russia Power глава Минэнерго Сергей Шматко. По крайней мере, отметил министр, от курса, который предусматривает увеличение доли атомной генерации в общей выработке электричества до 20–25% (сейчас лишь 16%), наша страна отказываться не собирается.
Во многом ситуация с атомной энергетикой напоминает историю развития гражданской авиации. До 1970-х перелет на гражданском авиалайнере был уделом меньшинства населения даже в развитых странах. И каждый раз, когда случалась какая-либо катастрофа, газеты принимались смаковать эту сенсацию и размышлять о конце индустрии гражданских авиаперевозок. При этом после каждого падения самолета ощутимо падал общий трафик – люди боялись летать самолетами, акции авиакомпаний обваливались. Где-то с 1970-х ситуация изменилась, авиабилеты стали доступнее, пассажиропоток существенно увеличился, а главное – люди поняли, что, несмотря на редкие катастрофы (а их причины расследовались и вызывали улучшения в системах безопасности новых самолетов), авиаперевозки достаточно безопасны, во всяком случае, безопаснее возможных альтернатив.

* В общественном представлении риски радиационной опасности часто бывают крайне преувеличенными. Например, сообщения о зараженном шпинате в районах, близких к «Фукусиме», встревожили чуть ли не полпланеты, между тем, уровень заражения продуктов настолько низок, что, даже если есть этот шпинат ежедневно в течение года, человек вряд ли наберет дозу, эквивалентную дозе при прохождении медицинской процедуры компьютерной томографии (о злоупотреблении этими действительно потенциально опасными процедурами «Финанс.» уже писал finansmag.ru/95588).

 

Отрасль периода полураспада

 

 

Мнения

Владимир Самородов, аналитик RMG Securities:

Какие изменения могут произойти в этой сфере вследствие пересмотра политики в отношении атомной энергии ведущими странами мира?
– Прежде всего, остро встанет вопрос усиления системы контроля сейсмической активности на станциях. Особенно тех, которые находятся в сейсмоопасных зонах. К российским АЭС это не относится, зато пострадают, например, атомщики Турции или Северного Китая, которым придется модернизировать системы автоматического выключения атомной станции при сейсмической активности. По большому счету, это приведет к довольно существенному повышению инвестиционной программы компаний. Однако затраты на модернизацию систем контроля не отразятся непосредственно на будущей прибыли, а просто понизят уровни риска, и целесообразность этих трат продиктована внешней средой, нежели экономическими соображениями.
Что будет с ядерной энергетикой конкретно России?
– Исходя из географической расположенности российских АЭС, у нас такой ситуации возникнуть не может – ни цунами, ни землетрясения России не страшны. Поэтому нет особого смысла улучшать системы контроля сейсмической активности, и на «Росатоме» японская катастрофа отразится в меньшей степени. Единственное, где компания может почувствовать влияние произошедшего на «Фукусиме-1», – это на его международных проектах. Так, если речь идет о совместных предприятиях «Росатома» с зарубежными компаниями, в которых он участвует на паритетных началах, то в эти проекты будут включены дополнительные затраты для ввода самых современных технологий контроля безопасности, чтобы в случае подобного инцидента реактор выключился максимально быстро. Если речь идет о проектах, в которые «Росатом» входит как покупатель, то тут госкорпорация будет запрашивать цену поменьше. Как правило, снижение будет на 10–15% и связано с пересмотром рисков, присущих отрасли в целом.
Как будут ликвидироваться последствия катастрофы в Японии?
– Ликвидировать последствия аварии на таких объектах – дело очень затратное. Проще накрыть «колпаком», чтобы реакторы не «фонили», и вместо выбытых мощностей построить другие. Однако новые блоки стоят довольно дорого – в районе $5 тыс./кВт. Соответственно, чтобы построить 3 ГВт, нужно потратить не менее $15 млрд. Не стоит забывать и о затратах на ликвидацию последствий аварии. И здесь все будет зависеть от срока ликвидации последствий. В лучшем случае это займет два месяца, тогда ТЕРСО придется потратить около $12 млрд. Если же это затянется на несколько лет, то сумма может доходить до $100 млрд, естественно, в таком случае без финансирования государства не справиться.
Пока же в Японии будет оставаться существенный дефицит электроэнергии и будут повышены нагрузки на оставшиеся энергомощности и электросетевой комплекс. Кроме того, будут рассматриваться проекты по поставке туда электроэнергии соседними странами, в частности Россией.
С одним уже предварительно определились – это строительство энергомоста (электричество будет подаваться в Японию с электростанций Сахалина по подводному кабелю). Стоит отметить, что проект существует на бумаге с 1998 года, однако даже в докризисный период, когда не было проблем с финансированием, а цены на нефть едва ли не каждый день били исторические максимумы, даже тогда он не вышел за рамки проектной документации. Не думаю, что в ближайшие годы что-то изменится, так как проект и технологически, и финансово достаточно тяжелый. Однако о нем вспомнили, представили в презентации в рамках совещания «РАО ЭС Востока» и даже получили словесное одобрение на дальнейшую разработку проекта. Также была озвучена предполагаемая схема финансирования: около $3 млрд должно дать государство, $2 млрд – проектное финансирование международных финансовых институтов и $1 млрд ложится непосредственно на «РАО ЭС Востока». Вероятно, что в ближайшее время проект будет вписан в инвестпрограмму компании и под него «РАО ЭС Востока» получит государственные гарантии на финансирование. Так что, если энергомост и не построят, то часть инвестпрограммы точно реализуют за более дешевые деньги, ведь госгарантии предполагают совершенно другие условия по кредитам, нежели компания бы занимала без них, – более длинные сроки с меньшими ставками.
Кто еще выиграет?
 – Компании газовой отрасли, причем не столько за счет увеличения объема поставок, сколько за счет роста спотовых цен на газ из-за катастрофы. Выиграют также нефтехимические предприятия, потому что из-за перебоя с электроснабжением остановились японские поставщики нефтехимии, которые вносили существенный вклад с точки зрения мирового производства. Таким образом, нефтехимики выиграют за счет временного спекулятивного роста спроса и нехватки продукции нефтехимии. Локально могут также выиграть производители автомобильных комплектующих – в основном это китайские поставщики.

 



Дмитрий Терехов, старший аналитик «Грандис Капитала»:

Какие изменения могут произойти в этой сфере вследствие пересмотра политики в отношении атомной энергии ведущими странами мира?
– Не думаю, что вследствие аварии на «Фукусиме-1» произойдет глобальный отказ от производства атомной энергии, поскольку реальной альтернативы по соотношению стоимость/экологичность сейчас у человечества нет. Главным следствием для атомной энергетики, скорее всего, станет массовый вывод из эксплуатации атомных реакторов первого поколения (это касается только развитых стран, поскольку в развивающихся все блоки новые) и, соответственно, ускоренный ввод новых – третьего и последующих поколений. Так что реальные долгосрочные последствия этого инцидента могут стать, как это ни парадоксально звучит, позитивными для атомной отрасли, поскольку приведут к ускоренному обновлению парка атомных станций.
Какие компании, отрасли окажутся в выигрыше/проигрыше?
– В некотором проигрыше могут оказаться нынешние операторы АЭС в Западной Европе и Северной Америке, поскольку они будут вынуждены выводить из эксплуатации блоки, которые формально могли бы работать еще 10–20 лет.
Что будет с ядерной энергетикой конкретно России?
– Для России глобальных последствий не будет, поскольку единомоментно закрыть все старые блоки, как это сделала Германия, у нас нет возможности – энергобаланс не выдержит, заменить эти мощности нечем. Программа «Росатома» и так предполагает постепенную замену выбывающих из эксплуатации энергоблоков первого поколения на современные, думаю, она продолжит реализовываться.

 

 

Константин Рейли, старший аналитик ИФК «Метрополь»:

Какие компании, отрасли окажутся в выигрыше/проигрыше?
– После катастрофы на атомной станции в Японии могут быть пересмотрены требования к безопасности атомных станций в России. Пересмотр требований к безопасности может привести к удорожанию строительства АЭС. Это, в свою очередь, может привести к относительно большей привлекательности других видов генерации: топливной и гидрогенерации. Таким образом, могут выиграть как компании, которые владеют теплогенерирующими мощностями за счет более высокой загрузки существующих мощностей, так и гидро- и теплогенерирующие компании за счет ввода в строй новых мощностей. И, конечно же, выиграют изготовители соответствующего генерирующего оборудования и строительные подрядчики, которые специализируются на данных видах генерации. В проигрыше могут оказаться производители оборудования, топлива и строительные подрядчики атомной энергетики.
Что будет с ядерной энергетикой конкретно России?
– В России доля мощностей атомной генерации составляла 11% в 2008 году, и на этих станциях вырабатывалось 16% электроэнергии за счет более высокой загрузки мощности. В соответствии с Генеральной схемой размещения объектов в электроэнергетике в России к 2030 году соответствующие показатели должны составить 16 и 23% соответственно. При этом с 2010-го по 2030 год предполагалось вывести из эксплуатации 16,5 ГВт мощностей АЭС, или около 70% атомных мощностей, существовавших на 2008 год. Это говорит о планах по существенной реновации и развитию атомных активов. Мы считаем, что эти планы будут несколько скорректированы в сторону понижения, но в значительной степени из-за пересмотров темпа экономического роста, повышения энергоэффекивности и корректировок в прогнозах энергопотребления, а не из-за ядерной катастрофы в Японии.
 

 

Алексей Громов, заместитель генерального директора по науке Института энергетической стратегии:

Перспективы мирового развития атомной энергетики после «Фукусимы».
– Безусловно, авария на японской АЭС «Фукусима-1» нанесла серьезный удар по имиджу атомной энергетики, что неизбежно отразится на ее дальнейшем развитии.
Очевидно, будет ускорен процесс вывода из эксплуатации старых реакторов и, возможно, заморожен ряд проектов по продлению сроков их эксплуатации. Безусловно, действующие реакторы по всему миру пройдут тщательную проверку на предмет безопасности их дальнейшей эксплуатации. Думаю также, что повысятся требования МАГАТЭ к безопасности ядерных объектов, а также тех стран, где ядерная энергетика составляет существенную часть энергетического баланса.
Вместе с тем, говорить о том, что программа перспективного развития атомной энергетики будет свернута, не приходится. Сегодня даже в Японии, уже дважды пострадавшей от катастроф, связанных с воздействием радиации (атомные взрывы в Хиросиме и Нагасаки, а также авария на АЭС в «Фукусиме»), не идет речи о пересмотре государственной политики в сфере ядерной энергетики. Страна попросту не может без нее обойтись.
В этой связи еще раз подчеркну, что наибольшие последствия для ядерной энергетики произошедшая авария принесет для тех стран, где сильны позиции «зеленых» и противников атомной энергетики в принципе и где власти в максимальной степени учитывают общественное мнение. Таким образом, высока вероятность серьезной корректировки планов, в первую очередь европейских стран, по развитию атомной генерации. В других же регионах мира развитие атомной энергетики продолжится.
При этом очевидно, что при ужесточении требований по безопасности ядерных объектов, особенно в сейсмоопасных зонах, существенно возрастет стоимость строительства АЭС. По нашим оценкам, не менее чем в 1,5 раза.
Однако в целом хочу подчеркнуть, что техногенные аварии планетарного масштаба, такие, как авария на «Фукусиме» или на нефтяной платформе BP в Мексиканском заливе, требуют пересмотра существующей системы контроля над такими объектами. И если мы не хотим, чтобы новые техногенные аварии привели к необратимым последствиям для жизни планеты и всего человечества, необходимо выработать строгие наднациональные, международные стандарты безопасности к технологическим объектам повышенной сложности и обеспечить контроль ООН над наиболее значимыми из них.
 

Перспективы для российской атомной энергетики.
– Не думаю, что «Фукусима» сильно повлияет на планы развития атомной энергетики у нас в стране. Мы пережили Чернобыль, и, смею вас заверить, та авария была пострашнее японской. Но самое главное, российская атомная отрасль извлекла уроки из событий 1986 года, и сегодня новые российские реакторы являются одними из самых безопасных в мире. Более того, в России существует специальный регламент, запрещающий строить объекты атомной энергетики в сейсмоопасных зонах, в отличие, кстати, от США или Японии.
Таким образом, планы строительства АЭС в России не претерпят существенных изменений.
Другой вопрос – зарубежные контракты «Росатома». Несмотря на подписание соглашений о строительстве АЭС в Турции и Белоруссии, события на «Фукусиме» поставили под угрозу реализацию российских проектов атомных станций в Венесуэле и Болгарии. Однако, возможно, что и эти проекты будут все же реализованы, когда схлынет первая психологическая волна негатива, которая поднялась в мире после японских событий.

Какие компании/отрасли окажутся в выигрыше/проигрыше?
– Как я уже говорил, наиболее серьезные последствия авария на «Фукусиме» окажет на европейскую энергетику, которая совсем недавно с большим трудом преодолела общественное сопротивление строительству новых атомных станций в Европе и сегодня рискует вообще заморозить большинство новых проектов в сфере атомной энергетики. К чему это приведет? С одной стороны, к увеличению поставок природного газа в Европу, дополнительные объемы которого компенсируют возможное сворачивание программ развития атомной энергетики в ряде европейских стран. При этом вовсе не обязательно, что этот газ придет из России. Кроме того, возникнет дополнительный спрос на ВИЭ, тем более, что это вписывается в Европейскую энергетическую стратегию, принятую в феврале этого года.
Также очевидно, что дополнительные объемы электроэнергии и, возможно, газа потребуются и для Японии, учитывая, что четыре из шести реакторов на «Фукусиме» восстановлению не подлежат. Это выгодно России, которая уже предложила помощь в поставках электроэнергии и СПГ с соседнего с Японией Сахалина.
 

 

Михаил Расстригин, аналитик «ВТБ Капитала»:

Какие изменения могут произойти в этой сфере вследствие пересмотра политики в отношении атомной энергии ведущими странами мира?
– Я считаю, что масштабного отказа от атомной энергетики не произойдет ввиду отсутствия реально сопоставимой альтернативы. Изменения коснутся в первую очередь систем безопасности объектов АЭС, равно как ужесточения требований (а также их унификации между странами) к сооружению новых станций. Часть старых реакторов действительно может быть выведена из эксплуатации.

Какие компании, отрасли окажутся в выигрыше/проигрыше?
– Если в мире произойдет отказ от атомной энергетики, то, безусловно, это будет выгодно компаниям – производителям и поставщикам газа и энергетического угля как наиболее вероятной альтернативы. При этом при отказе от АЭС стоимость электроэнергии для потребителя, безусловно, вырастет.

Что будет с ядерной энергетикой конкретно России?
– Я считаю, что ядерная энергетика России имеет хороший потенциал к развитию, и оно продолжится. При этом с технологической точки зрения Россия, как и другие страны, усилит требования и контроль за состоянием объектов атомной энергетики.

 

 

ОТ ЭКОЛОГОВ

Александр Никитин, председатель правления Экологического правозащитного центра Беллона:

Какие изменения могут произойти в этой сфере вследствие пересмотра политики в отношении атомной энергии ведущими странами мира?
– Наивно полагать, что после «Фукусимы» все ведущие страны начнут отказываться от ядерной энергетики, но то, что произойдут крупные изменения в области использования атомной энергии, – это несомненно.
Конечно, некоторые страны пойдут на выход или остановят свои проекты по строительству новых АЭС (Германия, Швейцария, Италия, Польша, Болгария).
Все страны, использующие атомную энергетику, пойдут по пути пересмотра своих норм безопасности, обращая внимание на то, что, как выяснилось после «Фукусимы», ядерную угрозу несут не только работающие реакторы, но и многочисленные хранилища отработавшего ядерного топлива (ОЯТ) в которых (например, в России) сосредоточено около 20 000 тонн ОЯТ.
Быстрее всего государства договорятся о проведении совместных стресс-тестов АЭС. По всей видимости, будут остановлены стройки (или пересмотрены проекты в сторону ужесточения требований) на тех площадках, которые расположены в местах, подверженных природным катаклизмам (сейсмо-, цунамо-, урагано-, тайфуно-, вулканоопасные, берега океанов, морей, крупных рек и т.д.).
Сейчас все увидели неэффективность регулирующих органов. МАГАТЭ в этой ситуации проявило себя очень слабой организацией, и быстрее всего ведущие государства (ООН) должны рассмотреть вопрос о новых функциях МАГАТЭ или о создании более эффективной организации, регулирующей и контролирующей вопросы безопасности АЭС.
Для того что бы атомная энергетика осталась на плаву в перспективе, ведущие страны должны будут внимательно посмотреть на конструкцию тех реакторов, которые сегодня используются и планируются к использованию. Несомненно, что здесь есть проблемы. Скорее всего, страны пойдут по пути вывода из эксплуатации старых реакторов, которые выработали свой ресурс.
И наконец, ведущие страны повернутся лицом к новым источникам энергии, к вопросам энергоэффективности и энергосбережения, за счет которых можно компенсировать потери от вывода из эксплуатации АЭС.
Все эти шаги, конечно, повлекут за собой удорожание электроэнергии, получаемой от АЭС, хотя и сегодня АЭС являются самыми дорогими источниками (http://www.bellona.ru/reports/nuclear-economy-ru).

Какие компании, отрасли окажутся в выигрыше/проигрыше?
Несомненно, что в первую очередь в выигрыше окажутся компании, которые предложат источники энергии, способные быстро заменить АЭС (малые бесплотинные гидро-, «чистые» газо-, теплотурбины, современные угольные технологии (с очистками выбросов) и т.д.). Также компании, которые будут предлагать энергоэффективные и энергосберегающие технологии. Разработчики и производители возобновляемых источников (ветро-, приливных, солнечных, геотермальных, био-). Электроэнергетические компании будут двигаться в сторону поиска возможностей для сокращения потерь электроэнергии на линиях ее передачи.
Компании, эксплуатирующие АЭС, понесут потери ввиду повышения ассигнований на безопасность, а также в связи с жесткими нормами, не позволяющими продлевать эксплуатацию оборудования, выработавшего свой ресурс. Встанет острый и дорогостоящий вопрос об обращении с ОЯТ (что делать – перерабатывать, хранить (где?) и т.д.?). Это ляжет на плечи эксплуатирующих АЭС компаний. Компании, специализирующиеся только на производстве атомного оборудования, могут потерять часть заказов.


Что будет с ядерной энергетикой конкретно России?
Ядерная энергетика России является полностью государственной, поэтому все зависит от дальнейшей государственной политики в этой области и от позиции людей, которые в нашей стране принимают основные решения. Если ЯЭ будет следовать указаниям президента Медведева – «старые АЭС закрывать, новые в сейсмоопасных зонах не строить», – то атомная энергетика России в ближайшее время должна направить основные ресурсы на вывод из эксплуатации старых АЭС. В России уже закончился проектный срок эксплуатации энергоблоков на Билибинской, Кольской, Ленинградской, Нововоронежской, Белоярской АЭС. Приближается исчерпание назначенного срока службы реакторов второго поколения на Курской и Смоленской АЭС. Стоимость вывода из эксплуатации – это примерно, по оптимистическим оценкам, 30–35% стоимости строительства нового энергоблока. Следовательно, новых блоков строить практически не будут.
Если это были только слова президента и за ними ничего не стоит, то в России будут вводить в эксплуатацию по одному блоку в год или в два года. Если страны, в которых Россия планировала до «Фукусимы» строить АЭС (Китай, Индия, Турция, Болгария), приостановят свои программы, то тогда в России появится возможность строить больше на своей территории. Проблема будет только в финансах. Зарубежное строительство приносило некоторую прибыль «Росатому», а собственное строительство ляжет в основном на российский бюджет. И вывод из эксплуатации старых АЭС ляжет на бюджет, поскольку фонд вывода в «Росатоме» пустой. Бюджет может выдержать эту нагрузку при больших ценах на нефть, то есть пока идет война в Ливии.
То есть все со всем связано.
 

Методические рекомендации по управлению финансами компании



Ваша персональная подборка

    Подписка на статьи

    Чтобы не пропустить ни одной важной или интересной статьи, подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

    Рекомендации по теме

    Школа

    Школа

    Проверь свои знания и приобрети новые

    Записаться

    Самое выгодное предложение

    Самое выгодное предложение

    Воспользуйтесь самым выгодным предложением на подписку и станьте читателем уже сейчас

    Живое общение с редакцией

    А еще...




    © 2007–2017 ООО «Актион управление и финансы»

    «Финансовый директор» — практический журнал по управлению финансами компании

    Зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи,
    информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)
    Свидетельство о регистрации ПИ № ФС77-62253 от 03.07.2015;
    Политика обработки персональных данных
    Все права защищены. email: fd@fd.ru

    
    • Мы в соцсетях
    Сайт использует файлы cookie. Они позволяют узнавать вас и получать информацию о вашем пользовательском опыте. Это нужно, чтобы улучшать сайт. Если согласны, продолжайте пользоваться сайтом. Если нет – установите специальные настройки в браузере или обратитесь в техподдержку.
    ×
    Чтобы скачать документ, зарегистрируйтесь на сайте!

    Это бесплатно и займет всего 1 минуту.

    У меня есть пароль
    напомнить
    Пароль отправлен на почту
    Ввести
    Я тут впервые
    И получить доступ на сайт Займет минуту!
    Введите эл. почту или логин
    Неверный логин или пароль
    Неверный пароль
    Введите пароль

    Внимание!
    Вы читаете профессиональную статью для финансиста.
    Зарегистрируйтесь на сайте и продолжите чтение!

    Это бесплатно и займет всего 1 минут.

    У меня есть пароль
    напомнить
    Пароль отправлен на почту
    Ввести
    Я тут впервые
    И получить доступ на сайт Займет минуту!
    Введите эл. почту или логин
    Неверный логин или пароль
    Неверный пароль
    Введите пароль