Евгений Зайцев: «На этом запасе прочности мы строим управление клиентским портфелем»

102
Интервью. Российское пенсионное законодательство делает из управляющих подобие банков: несмотря на хороший рынок, они создают резервы, рассказал председатель совета директоров УК «КапиталЪ» Евгений Зайцев.

 

Евгений, второе полугодие 2010 года было удачным для фондового рынка. В 2011 году управляющие наконец-то смогут «обнадеживать» клиентов ожиданием двузначных доходностей и рынок оживет?

– Мы не будем говорить о конкретных ожиданиях по доходности, тем более, что во многом она зависит от типа инвестиционного продукта, структуры портфеля. Тем не менее, стоит отметить, что 2011 год – особенный, поскольку, несмотря на наличие как минимум трех сценариев, каждый из них по-своему оптимистичен. Оценивая риски портфельных инвесторов, мы полагаем, что наибольший риск в следующем году будет сосредоточен в финансовых инструментах с фиксированным доходом. 

То есть в инструментах, по определению считающихся наиболее консервативными и безопасными?

– Макроэкономическая ситуация изменилась, и если раньше такая картина наблюдалась лишь в Европе и США, то сейчас весь мир стал исключительно денежным рынком. То есть стоимость большинства финансовых и реальных активов во все большей степени зависит от текущей ликвидности. В этот механизм включился и Китай: достаточно вспомнить увеличение нормативов резервирования для банков с целью остановить спекуляцию на рынке недвижимости. Ставки уже подняты на многих развивающихся рынках, вверх пошли и доходности американских гособлигаций. Политика процентных ставок в развитых странах на данный момент трудно предсказуема, поэтому инструменты с фиксированной доходностью будут нести в себе основной рыночный риск развитых стран. Наихудший вариант – «схлопывание» рынка, когда у слабых эмитентов и банков может просто не хватить текущей ликвидности для выплат по долгам. В такой ситуации обладатель инструмента с фиксированным доходом несет практически тот же риск, что и собственник эмитента, потенциальный доход которого не ограничен. C другой стороны, очевидно, что иного пути, кроме увеличения или хотя бы сохранения ликвидности, у центральных банков для инвесторов нет. Вопрос лишь, как этого добиваться: печатанием денег либо ростом госрасходов. Но это автоматически формирует инфляционные ожидания и давление на рынок со стороны спроса, что должно позитивно отразиться на ценах акций и сырьевых товаров. А нынешняя доходность облигаций и депозитов может быть практически съедена инфляцией, то есть нас может ждать рынок отрицательной реальной доходности.

Это похоже вообще на один сценарий. В чем разница?

– США стремятся повысить ликвидность для оживления собственной экономики, Китай, наоборот, заинтересован противодействовать росту ликвидности, чтобы при сохранении относительной слабости юаня к мировым валютам в интересах экспортеров не допустить перегрева своей экономики в целом. Российская экономика ориентирована на внешний спрос. И вне зависимости от того, кто победит в этой борьбе, мы все равно получим рост спроса либо на мировых рынках, либо со стороны Китая. То есть мы находимся в золотой середине. А поскольку все заинтересованы в спросе, то, скорее всего, товарный рынок окажется под стимулирующим воздействием с обеих сторон. Это основной сценарий на 2011 год. Самый неблагоприятный вариант – если США не удастся переломить дефляционные процессы, а Китаю удастся задушить свой экономический рост. Но в значительной степени, если не рассматривать маловероятные крайности, основные стимулы рынка находятся в противофазе и в основном эффект от изменения баланса спроса и инфляционных ожиданий между развитыми странами и Азией будет примерно одинаков.

И ваши клиенты – пенсионные фонды – позволят на основе такой аргументации отказаться от облигаций и перейти в акции? Где гарантии?

– Важно заранее и гарантированно избежать ситуации, когда клиент спрашивает управляющего: «Что ты напокупал?!» А тот отвечает, что, мол, «хотел заработать и себе, и вам», хотя понятно, что подвело его желание увеличить именно свой заработок. Если акционер управляющего не создал понятной системы сдержек и противовесов, например через капитал, направляемый на покрытие возможных убытков, то возникает конфликт интересов: он может либо получить очень высокую доходность, либо потерять свои небольшие вложения. То есть акционеру компания интересна, лишь пока она не приносит убытка. Что мы и наблюдали в ходе последнего кризиса.

Но это же основа работы управляющего: он оперирует чужими деньгами и не отвечает за результаты инвестирования?

– При работе с пенсионными деньгами управляющий оказывается в особой ситуации: он обязан обеспечить их сохранность, и далее, как показывает практика, суд установит степень его ответственности в случае отрицательного результата, об этом нужно помнить всегда. В 2008 году доходы от этого направления, являющегося для нас основным, упали до нуля, а многие управляющие оказались в убытке. И тогда мы предложили заранее установить уровень возможных потерь исходя из того, что акционер – тоже инвестор и результат нашей работы ему небезразличен. Он вправе ожидать дохода, привязанного к внесенному им собственному капиталу. Таким образом, капитализация бизнеса заставляет акционера следить не только за уровнем доходности, но и за риском его инвестиций.

То есть, по сути, вы уже становитесь неким гибридом УК и банка. Но тогда, как и банку, вам придется создавать резервы под привлеченные активы?

– Совершенно верно: в последние два года мы не платим дивидендов акционерам и формируем из них резервный фонд. У нас есть конкретная величина, которой мы можем рискнуть. Если потери окажутся вблизи допустимых, мы тут же выйдем из рынка и будем готовы ответить на возможные претензии клиентов. И на этом запасе прочности мы строим управление клиентским портфелем.

Но что мешает избежать потерь с помощью одного клиентского портфеля, без опоры на акционерный капитал? В 2008 году вам же это удалось?

– Мы выстроили эту систему для себя – чтобы понимать, где, на чем и сколько мы можем заработать и сколько рискуем потерять. Потому что понятно, что нельзя зарабатывать, условно говоря, на одном «Газпроме». Исходя из этого, вырастает продуктовая линейка. Мы продаем четко обрисованную компетенцию управления риском – и прежде всего это наш собственный риск. Когда рыночная доходность составляет 20 или 60% годовых, цена управления не важна. Сейчас 1%, приложенный к доходности 10% годовых, – это 10% заработка. И фондам в любом случае придется эту цену уплатить. Набор бумаг, в которые возможно инвестирование пенсионных денег, ограничен. Соответственно, важно, кто сможет заработать больше на тех же инструментах, что и все.

Но капитал акционера имеет стоимость, то есть вам придется повышать комиссии. Не съедят ли они в итоге всю дополнительную прибыль от профессионализма ваших менеджеров?

– Наш бизнес все-таки прежде всего остается бизнесом управляющего – то есть мы имеем достаточно большое «плечо» к акционерному капиталу. И речь, как и всегда, идет лишь о поиске разумного соотношения риска и доходности. Но на качественно ином уровне, причем для обеих сторон, а не только для клиента.

То есть вы хотите выстроить некую оптимальную и понятную для НПФ схему инвестирования? Но если она будет простой и понятной, что помешает другим предложить тот же продукт?

– Речь не идет об описании конкретных нюансов – естественно, никто не может предвидеть рыночную ситуацию на год вперед, и в ее своевременной оценке как раз заключен профессионализм управляющего. Однако необходима некая единая, всем понятная система координат.

Вы предлагаете определить некую среднерыночную доходность?

– Для каждого продукта важен свой бенчмарк. Например, для пенсионного портфеля нужна низкая волатильность. Что же касается доходности, то по закону мы не можем ничего гарантировать, но можем привязываться в вероятностных оценках к средней ставке по банковским депозитам или к доходности модельного портфеля. А у клиента – как у НПФ, так и у будущего пенсионера – всегда есть возможность «проголосовать ногами». Ведь у них у каждого в голове есть собственный бенчмарк.

Но практика показывает, что иногда принимать такое решение становится слишком поздно. Может быть, стоит сделать принцип такого резервирования обязательным? Но тогда автоматически возникает и мысль о необходимости развития риск-менеджмента в самих пенсионных фондах – ведь отчетность для того и существует, чтобы ее оценивали? Это раньше отчетность управляющих практически ничего не значила, но вы же задаете совсем другую планку?

– Кризис показал, что некий новый уровень риск-менеджмента НПФ, очевидно, необходим. Однако вряд ли здесь стоит так уж сильно ориентироваться на обработку отчетности: в конце концов, ее можно нарисовать, и, какие стандарты ни принимай, это делали и будут делать всегда. Вопрос в создании неких очевидных и понятных контрольных точек. Для того чтобы понять, чем мы отличаемся от большинства других управляющих компаний, не обязательно детально знать план счетов. Когда-то взаимоотношения управляющих с НПФ выйдут на тот же уровень, что и отношения с другими клиентами. Рынок станет проще и понятнее: «Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты». И мы к этому готовимся уже сейчас.

То есть как это? Вы что, сами отбираете себе клиентов: этот подходит, а этот – нет?

– Еще в 2009 году мы отказались от сотрудничества с некоторыми клиентами, так как нам было не совсем понятно, куда движутся эти НПФ. А мы не хотим получать письма от прокуратуры или от клиентов этих фондов. Так что мы не «пылесосим» рынок, хотя такая возможность у нас есть. Мы строим «правильное место для хранения денег» со всеми необходимыми атрибутами. И хотим не только понимания этого со стороны клиентов, но и аналогичного понимания любого сотрудника нашей компании в их адрес.  

А как же быть с разговорами о том, что пенсионные деньги – «длинные» и как раз текущая волатильность никого заботить не должна? Ваши же коллеги в течение 2008 и 2009 годов настаивали, что для пенсионных денег не нужна ежегодная отчетность, а дефицит нужно оценивать по состоянию на момент выплат, который настанет не скоро?

– В этих соображениях есть рациональное зерно. Однако просто представьте, что вам через год на пенсию, вы знаете размер своего счета в НПФ и уверены, что будете за счет него ежемесячно получать, скажем, по 30 тыс. рублей. И тут – кризис, и к концу этого года ваш портфель дешевеет вдвое и пенсия падает вместе с ним. Кого устроит такой сценарий?

Поэтому и предлагается разделить портфели по уровню риска в зависимости от того, через какое время человеку предстоит выходить на пенсию. Молодым – более агрессивный и доходный портфель, тем, кому уже скоро на пенсию – более консервативный и надежный.

– Все-таки еще не многие граждане вообще научились заботиться о своей пенсии самостоятельно. Рассчитывать на то, что они, в зависимости от возраста, будут еще и организованно переходить в более консервативные портфели, пока не приходится. И пока такой схемы на рынке нет, нужно обеспечить единые гарантии всем – и молодым, и старым. Тем более, не может быть речи об изменениях портфеля на 20–30% в месяц. И это, мне кажется, стало уже очевидным для всего рынка.

Сейчас порой возникают разговоры, что пенсионная реформа себя не оправдала: большинство НПФ не показывают принципиально большей доходности, чем портфель «молчунов», при этом риск банкротства у них ощутимо выше. В связи с этим возникают даже идеи возврата к единому портфелю и фактического роспуска негосударственных фондов.

– На протяжении реализации любого проекта есть конъюнктурные моменты: разговоры, привязанные к текущим событиям и не имеющие реальных последствий. Возник некий дефицит бюджета – давайте поговорим. Нет дефицита – и все эти разговоры уйдут на второй план. А ситуация, в которой Россия окажется через 20–30–50 лет, пока никак не меняется, ее никто не отменял. Если говорить о пенсионной реформе, то только в прошлом году появилось, наконец, выражение тех количественных целей, к которым стремились, – негосударственная пенсионная система стала заметной силой в экономике. Я говорю о почти 8 млн участников НПФ, инвестировавших в дополнительную пенсию. О почти 600 млрд рублей пенсионных резервов, находящихся в распоряжении НПФ.

Но ведь последние пару лет эта сумма растет крайне медленно?

– Она уже превысила докризисный уровень, и нынешние темпы роста вполне соответствуют тем, что наблюдались в предыдущие годы. Если же мы посмотрим на ситуацию с пенсионными накоплениями, то там сумма скромнее – «всего» 140 млрд рублей. Но она практически удвоилась только за последний год. Эти деньги тоже начинают влиять на экономику и теперь придают НПФ реальную стоимость. То есть мы имеем дело уже не с «проектом», а с отраслью, которую невозможно и бессмысленно как-либо сворачивать. Надо не сбиваться с курса: как бы государство ни планировало свою политику, в пенсионной системе дефицит очевиден и неизбежен. И надо отдать часть ответственности гражданину, а не брать на себя еще большую ответственность за новые преобразования.

 

 

Методические рекомендации по управлению финансами компании



Ваша персональная подборка

    Подписка на статьи

    Чтобы не пропустить ни одной важной или интересной статьи, подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

    Рекомендации по теме

    Школа

    Школа

    Проверь свои знания и приобрети новые

    Записаться

    Самое выгодное предложение

    Самое выгодное предложение

    Воспользуйтесь самым выгодным предложением на подписку и станьте читателем уже сейчас

    Живое общение с редакцией

    А еще...




    © 2007–2017 ООО «Актион управление и финансы»

    «Финансовый директор» — практический журнал по управлению финансами компании

    Зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи,
    информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)
    Свидетельство о регистрации ПИ № ФС77-62253 от 03.07.2015;
    Политика обработки персональных данных
    Все права защищены. email: fd@fd.ru

    
    • Мы в соцсетях
    Сайт использует файлы cookie. Они позволяют узнавать вас и получать информацию о вашем пользовательском опыте. Это нужно, чтобы улучшать сайт. Если согласны, продолжайте пользоваться сайтом. Если нет – установите специальные настройки в браузере или обратитесь в техподдержку.
    ×
    Чтобы скачать документ, зарегистрируйтесь на сайте!

    Это бесплатно и займет всего 1 минуту.

    У меня есть пароль
    напомнить
    Пароль отправлен на почту
    Ввести
    Я тут впервые
    И получить доступ на сайт Займет минуту!
    Введите эл. почту или логин
    Неверный логин или пароль
    Неверный пароль
    Введите пароль

    Внимание!
    Вы читаете профессиональную статью для финансиста.
    Зарегистрируйтесь на сайте и продолжите чтение!

    Это бесплатно и займет всего 1 минут.

    У меня есть пароль
    напомнить
    Пароль отправлен на почту
    Ввести
    Я тут впервые
    И получить доступ на сайт Займет минуту!
    Введите эл. почту или логин
    Неверный логин или пароль
    Неверный пароль
    Введите пароль