Тайны системы «Росгосстрах»

226
В 90-х система «Росгосстраха» была способна погрузить в уныние любого кризисного менеджера. Теперь амбиции новых владельцев, подкрепленные участием государства в капитале, пугают конкурентов.
Что-то я не вижу «Росгосстраха». На первом месте «Ингосстрах», на втором – «Согаз», потом «Ресо-гарантия», «Росно», Военно-страховая компания, «Согласие»… Ах, вот и «Росгосстрах», «Росгосстрах-Столица»… почему-то из города Люберцы… С какой же стати «Росгосстрах» считается лидером рынка?!» Примерно так может рассуждать неискушенный, но любознательный человек, изучая статистические данные Росстрахнадзора по итогам 2006 года. Попробуем разобраться, но с чего же начать? С начала, разумеется.

Когда-то очень давно, если быть точным – в 1921 году, в советском Наркомфине создается Главное управление государственного страхования… Впрочем, оставим славу и рутину последующих 70 лет, отметив лишь несколько моментов. Обороты по обязательному страхованию в Советском Союзе были отнюдь не маленькими, а Госстрах СССР фактически превратился в фискальный орган. С тех пор страховщик приобрел некоторые «психологические» комплексы, от которых избавляется до сих пор. Но главное – к распаду Советского Союза Госстрах представлял собой весьма развитую и богатую структуру. Ее ценность заключалась не только в накопленном опыте страхования, которого ни у кого (кроме отпочковавшегося от него в 1947 году «Ингосстраха») на тот момент не было. Минфиновский главк имел широкую офисную сеть – недвижимость по всему СССР.

В 1991 году, как и все союзное, Госстрах развалился. Российский Минфин преобразовал его территориальные управления в субъектах Федерации в государственные страховые фирмы. А годом позже появляется собственно ОАО «Росгосстрах». Кстати, не пытайтесь найти компанию с таким названием в Едином государственном реестре субъектов страхового дела. В нем она значится как ОАО «Российская государственная страховая компания». Акроним «Росгосстрах» присутствует в названиях других структур, входящих ныне в одноименный холдинг, они отдельно поименованы в реестре, – всего их 13.

Раньше было больше. Намного больше.

Дмитрий Маркаров, первый заместитель генерального директора «Росгосстраха»:
– Помню в 1993 году, когда появился первый рейтинг страховщиков, я управлял компанией (ныне СГ «Уралсиб» – «Ф.»), которая заняла в нем 79-е место. Я клиентам тогда говорил: «Ну и что, что 79-я строчка, вы посмотрите, кто впереди нас!» Порядка 30 компаний, опережавших нас в то время, входили в систему «Росгосстраха». Правда, потом моя компания доросла до первых мест, а «Росгосстрах» постепенно сдавал позиции.

Начался хаос. Руководители многих территориальных подразделений Госстраха стали директорами фирм, учрежденных на его руинах. С точки зрения бизнес-процессов для этих людей поменялось немногое. Разве что из местечковой номенклатуры они превратились в региональную элиту, и никакая властная вертикаль над ними теперь не довлела – главк закрылся.

Рафаел Минасбекян, вице-президент «Росгосстраха»:
– В составе новой команды в 2002 году мы много ездили по стране, знакомились с руководителями и сотрудниками на местах. Приезжаем в один из регионов, заходим в офис «Россгостраха» и видим: процентов 40 площади помещения занимает баня. Баня для местного начальства.

Впрочем, почти интимная близость региональных менеджеров с уездными князьями – далеко не единственный и, вероятно, не самый вредный порок, доставшийся системе «Росгосстраха» с советских времен. Привычка жить и работать в условиях плановой экономики и полная неготовность к рыночным отношениям выливались порой в курьезы. Некоторые компании из структуры «Росгосстраха» и в конце 90-х продолжали мнить себя частью фискальной системы и даже пытались отсудить у граждан недоимку по государственному обязательному страхованию строений, хотя к тому моменту ни самого обязательного страхования, ни монополии «Росгосстраха» на его осуществление и в помине не было.

Из Бюллетеня Верховного суда России № 6 от 28.06.99
Зеленчукский филиал государственной страховой фирмы «Росгосстрах Карачаево-Черкесия» обратился в Зеленчукский районный суд Карачаево-Черкесской Республики с заявлением выдать судебный приказ о взыскании недоимки по государственному обязательному страхованию строений: с Кайтазовой в сумме 157 147 руб., с Бурлаченко – 40 103 руб., с Лысенко – 83 638 руб., с Дзюбы – 39 445 руб., с Волик – 79 595 руб.

Судья Зеленчукского районного суда заявление удовлетворил и 1 августа 1997 г. выдал судебный приказ о взыскании с этих лиц указанных сумм.

Президиум Верховного суда Карачаево-Черкесской Республики оставил без удовлетворения протест прокурора Карачаево-Черкесской Республики об отмене судебного приказа.

Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об отмене судебных постановлений.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 12 февраля 1999 г. протест удовлетворила.

На рынке до сих пор ходят байки про то, как агенты «Росгосстраха» страховали частные подворья за 10 рублей – сумму, которой едва хватало на распечатку бланка полиса. Это происходило не от жадности и даже не от бедности. Опять-таки наследие плановой экономики. В прежние времена подразделения Госстраха на местах получали разнарядки по количеству застрахованных. Выполнение плана сулило премии и нематериальные блага. Потом разнарядки приходить перестали, но привычка страховать ради галочки осталась. Во многом поэтому за «Росгосстрахом» закрепилась репутация компании для бедных, с которой он до сих пор борется.

Рафаел Минасбекян:
– Проблема мизерных премий недавно была актуальна, но сегодня она полностью решена. Минимальный взнос сейчас составляет примерно 300 рублей, и то речь идет не о недвижимости, а о страховании от несчастного случая.

Слово о приватизации. Сегодня глава и основной владелец «Тройки Диалог» Рубен Варданян выстраивает новый страховой холдинг – «Региональный альянс». А ведь когда-то в его руках был целый «Росгосстрах», но в те времена создать универсальную финансовую группу ему не удалось, уж слишком разные клиенты были у инвестбанка (богатые) и страховщика (бедные).

В 2001 году государство включило «Росгосстрах» в план приватизации, который предполагал продажу госпакета в 50% минус одна акция в три этапа: 9, 16% плюс одна акция, и, наконец, 25% минус две акции. В сентябре первый лот выкупила «Тройка Диалог» за 201 млн рублей. Рубен Варданян привлек к проекту в качестве соинвестора – тридцатилетнего старшего вице-президента «Славнефти» Данила Хачатурова. В декабре того же 2001 года вопреки прежним планам государство заявило, что объединит два лота и продаст сразу 40% акций. Действовать надо было быстро – интерес к ним проявлял сам Олег Дерипаска. Данил Хачатуров вновь помог Рубену Варданяну профинансировать проект, настояв, правда, на создании консорциума инвесторов, который заплатил в общей сложности 1,25 млрд рублей.

Летом 2003 года все тот же консорциум инвесторов приобрел контроль над «Росгосстрахом», выкупив 26% минус 1 акция за 661 млн рублей. Один из собеседников «Ф.», следивший за ходом сделки, утверждает, что основной капитал внес Данил Хачатуров.

Пробыв в должности гендиректора страховой компании два года, в начале 2004-го Рубен Варданян уступил ее Данилу Хачатурову, сам же какое-то время (до июля 2005 года) председательствовал в совете директоров компании. Глава «Тройки» тогда признал, что провал проекта по созданию финансового супермаркета с участием «Росгосстраха» стал для него большим разочарованием.

Государство нам поможет. Еще до приватизации предпринимались попытки навести порядок в системе «Росгосстраха». В 1997 году государственные страховые фирмы были преобразованы в дочерние страховые общества (ДСАО). Происходило это «в целях восстановления управляемости компанией». Позже, осенью 2002 года, новая управленческая команда решает преобразовать ДСАО в семь межрегиональных и три региональные компании в форме ООО, одновременно происходит увеличение уставных капиталов. На сей раз формулировка иная: в связи «с предстоящим вступлением в силу 1 июля 2003 года Федерального закона “Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств”». На проведение всех сопутствующих процедур ушел год, и в конце концов «Росгосстрах» превратился в вертикально-интегрированный холдинг.

Холдинговое устройство – нормальная практика для российского (да и не только) страхового бизнеса. Практически все крупные операторы рынка представляют собой группу компаний. Это вытекает хотя бы из требований о специализации страховщика. С 1 июля 2007 года в рамках одной компании запрещается сочетать «жизнь» с какими-либо иными видами страхования, за исключением личного. ОМС с незапамятных времен занимаются специализированные организации, коим из коммерческих видов страхования разрешено практиковать только ДМС. Перестраховочный бизнес также зачастую выделяется в самостоятельное юрлицо.

Life- и медицинская «дочки» появились и у «Росгосстраха». Но холдинга, организованного по территориальному признаку, нет ни у кого, если говорить о сопоставимых по масштабу бизнеса операторах. Раньше были (у «Ингосстраха», например), теперь нет. Почему же «Росгосстрах» выбрал столь уникальный путь? «Да просто так удобнее», – говорит Рафаел Минасбекян. Понятно, что удобнее, но чем именно?

Удобство и неудобство «Росгосстраха» – это государство, до сих пор владеющее блокирующим пакетом. Теоретически присоединить региональные и межрегиональные ООО к ОАО «Российская государственная страховая компания» можно, но вряд ли это произойдет в обозримом будущем. Очевидно, что подобная реорганизация потребует увеличения уставного капитала этого самого ОАО, в чем, собственно, и состоит главная загвоздка. Сие мероприятие либо потребует выделения средств из федерального бюджета на оплату доли государства, либо размоет госпакет. Первый вариант маловероятен, второй возможен только в рамках приватизации.

Собственно, и сегодня уставный капитал «главного» «Росгосстраха», не менявшийся с 2004 года, не сказать чтоб очень большой – 649 млн рублей. У большинства межрегиональных структур, входящих в холдинг, он выше. Время от времени возникают забавные ситуации, когда «головная» компания не в состоянии поучаствовать в тендере, поскольку не проходит по размеру уставного капитала и выставляет вместо себя территориальные.

Дмитрий Маркаров:
– Дело даже не в тендерах и конкурсах – это преходящее. Но ведь мы должны соблюдать нормативы, которые установило государство. Обороты-то у нас, у ОАО «Росгосстрах», большие, и мы вынуждены часть объемов отдавать дочерним структурам, потому что иначе перестанем соответствовать нормативам. Вы же знаете, что мы должны обеспечить не менее 5% собственных средств для осуществления страхования жизни и не менее 16% – по рисковым видам. Вот умножьте 650 млн на 6, получается, что мы можем собирать не более 3,9 млрд рублей. Это очень мало для того, чтобы компания развивалась. Но если мы превысим этот лимит, попадаем под санкцию.

Коли государство, с которым пока не удается договориться об увеличении уставного капитала, так мешает, почему бы не лоббировать вопрос об окончательной приватизации? Кстати, «Росгосстрах» фигурировал в проекте программы приватизации на 2005 год, но впоследствии «выпал» из документа. Почему?

Рафаел Минасбекян:
– Я не знаю планов правительства насчет окончательного разгосударствления «Росгосстраха». Чиновники каждый год готовят большой список, потом соответствующие ведомства, Минфин в том числе, смотрят, кого стоит продать, кого имеет смысл попридержать, нас решили попридержать. Почему? Потому что происходит рост капитализации компании. В цене она увеличивается, соответственно государство выигрывает, ничего не вкладывая.

Уже когда этот материал был почти готов, на новостных лентах появились цитаты руководителя департамента финансовой политики Минфина Алексея Саватюгина, возглавляющего ныне совет директоров «Росгосстраха». Он описал два возможных варианта сокращения доли государства в компании: «Либо продажа пакета за привлекательную цену, либо уменьшение доли государства путем проведения допэмиссии акций страховщика» (цитата по «Интерфаксу»). Алексей Саватюгин не сомневается: долю государства можно реализовать на выгодных условиях. А его фраза про то, что уставный капитал «Росгосстраха» все равно придется вскоре увеличивать, должна пролиться бальзамом на душу «генералитету» компании. Впрочем, как признал чиновник, «это вопрос не этого года». К тому же, слова Алексея Саватюгина – его частное мнение, а отнюдь не официальная позиция Минфина или правительства. А ведь есть еще президент, указом которого «Росгосстрах» отнесен к перечню стратегических предприятий.

А вообще вопрос приватизации не так прост, как может показаться. Капитализация «Росгосстраха», безусловно, растет, но получится ли сейчас выгодно продать госпакет? Для начала надо разобраться, сколько стоит страховщик. Возьмем «свежие» сделки с пакетами акций крупных компаний. «Ресо-гарантию» и «Росно» инвесторы – ЕБРР и Allianz соответственно оценили в $1,5 млрд каждую. Таким образом, коэффициент «капитализация/премия» для «Ресо-гарантии» составил 1,7, для «Росно» – 1,9 (Allianz взял компанию под полный контроль). Для «Росгосстраха» коэффициент скорей всего окажется ниже, хотя бы потому что он не публикует отчетность по МСФО, а его акционерная структура не вполне прозрачна. Если же при определении справедливой стоимости компании исходить из полутора премий за 2006 год, то весь холдинг оценивается примерно в $2,5 млрд. Однако на продажу государство способно выставить лишь блокпакет в ОАО «Российская государственная страховая компания». В какой мере потенциальный инвестор будет (и будет ли вообще) участвовать в управлении холдингом, еще не известно.

Теоретически интерес к пакету, коль скоро его выставят на продажу, могут проявить иностранцы. Но они за редким исключением чураются миноритарного участия в капитале российских страховщиков. Противостояние немецкого Allianz с АФК «Система» из-за контроля над «Росно» чуть было не вылилось в конфликт. Если верить неофициальным источникам, эту тему даже попытались поднять в ходе одной из встреч Владимира Путина с Ангелой Меркель. Нидерландский холдинг TBIH, не удовлетворенный своей «миноритарностью», без лишнего шума избавился от пакетов «Стандарт-резерва» и «Совиты».

Да и Данилу Хачатурову, которого рынок считает основным бенефициаром «Росгосстраха», едва ли будет комфортно в партнерстве с неуживчивым миноритарием, никто же не знает наверняка победителя аукциона. Но почему бы самому Данилу Хачатурову не выкупить оставшуюся долю? В этом резонов видится еще меньше. Нынешние основные акционеры итак контролируют компанию, государство со своим блокпакетом стоит в стороне. В стороне, но рядом. Так или иначе, окологосударственный статус – мощное маркетинговое подспорье. Помогает в борьбе как за частного, так и за корпоративного страхователя, при прочих равных повышает клиентскую лояльность ведомств и бюджетных организаций.

А вот другая точка зрения:

Владимир Скворцов, генеральный директор группы «АльфаСтрахование»:
– Когда мажоритарный акционер выкупает долю в компании – значит, он верит в успех бизнеса. Несмотря на тенденцию к диверсификации бизнеса «Росгосстраха» (за счет, например, сделки с «Капиталъ Страхованием»), главный потенциал компании – розничная сеть. Если Данил Хачатуров уверен в бизнес-модели, он выкупит долю государства, если нет – оставит часть компании в госсобственности.

Кроме того, не стоит забывать, что нынешние совладельцы «Росгосстраха» инвестировали в его развитие немалые по российским меркам средства. Бюджет развития, который совет директоров принял в сентябре 2002 года, предусматривал инвестиции в размере $162 млн. По факту, как стало известно «Ф.», общий объем вливаний составил порядка $450 млн. Деньги пошли на обустройство офисов, IT-технологии, маркетинговые изыскания, организацию системы корпоративного обучения и пр.

С 2006-го, как утверждают топ-менеджеры, «Росгосстрах» живет «на свои», не привлекая дополнительные ресурсы от акционеров и кредиторов. Обходится это недешево – по итогам прошлого года убыток по холдингу составил 2,34 млрд рублей. Впрочем, на 2006-й пришлась одна из крупнейших выплат в современной истории компании – 698 млн рублей получило ФГУП «Космическая связь», чей застрахованный спутник столкнулся с нештатной ситуацией.

Так может быть, команде Данила Хачатурова не стоит дальше рисковать и попробовать «зафиксировать прибыль». Инвестиционный эффект уже внушительный: три четверти «Росгосстраха» на момент приватизации стоили чуть более $70 млн (по мнению некоторых экспертов, инвесторы тогда переплатили) плюс $450 млн – вложения в развитие бизнеса. Итого: $520 млн. Исходя из текущей оценки всего холдинга в $2,5 млрд, 75-процентный пакет будет стоить никак не меньше $1,87 млрд. При условии перехода на МСФО, раскрытия сведений о бенефициарах, и, вообще, повышения прозрачности, а также с учетом премии за контроль, реализовать пакет можно подороже – за $2–2,2 млрд. То есть доходность инвестпроекта под названием «Росгосстрах» уже сейчас достигает 300%.

Однако продавать холдинг, по словам Рафаела Минасбекяна, никто не собирается, модное нынче IPO ему тоже ни к чему. Компания будет приносить доход нынешним акционерам. Кстати, в первом полугодии прибыль холдинга составила около 1,2 млрд рублей. Но опять-таки, речь идет о российских стандартах бухучета, в полной мере финансовое состояние группы компаний они отразить не в состоянии.

Рафаел Минасбекян:
– Мы запустили проект по подготовке к переходу на МСФО три года назад. Пока проект не завершен, но могу сказать, что наши показатели по РСБУ не сильно отличаются от того, что вы увидели бы в отчетности по МСФО.

Страх перед «Росгосстрахом». Одни полагают, что холдинг способен задавить конкурента одним только административным ресурсом. Других досадует необходимость конкурировать с компанией, которая может позволить себе убыток в два с лишним миллиарда рублей. Третьих раздражает повсеместное присутствие страховщика. Не удивительно, что в нем многие видят угрозу конкурентной среде на рынке. Пожалуй, едва ли есть смысл обозревать все антимонопольные дела с участием «Росгосстраха» или инициированные им. Остановимся лишь на отдельных эпизодах.

Одна из историй связана с переходом МВД России на обслуживание в «Росгосстрах» после нескольких лет сотрудничества со Страховой компанией правоохранительных органов (СКПО, ныне «СКПО-Уралсиб»). Это событие по времени почти совпало с назначением на должность первого заместителя гендиректора «Росгосстраха» Дмитрия Маркарова – одного из топ-менеджеров Промышленно-страховой компании (ПСК – ныне на ее основе построена страховая группа «Уралсиб»), владевшей крупным пакетом в СКПО. «Ему удалось договориться с Борисом Пастуховым (основатель группы ПСК – «Ф.»), что он «приведет» в «Росгосстрах» сотрудников МВД, страхование которых приносило более 1 млрд рублей в год, – рассказывает один из страховых топ-менеджеров тех лет. – Если бы все вышло, Пастухов получил бы долю в компании».

Дмитрий Маркаров:
– В этих словах нет ни правды, ни смысла. Если уж говорить о личностном факторе, то я и Борис Пастухов носили армейские погоны и никаких связей в МВД не водили и привести кого-то «за руку» просто не могли. По сути же, история развивалась следующим образом. Изначально МВД страховало своих сотрудников в «Росгосстрахе», но в середине 90-х эта система трещала по швам, и милицейское руководство было недовольно тем, как идут дела. Именно тогда появилась идея создать СКПО, контрольный пакет в которой получило МВД, а его партнером в проекте выступила ПСК. Несколько лет министерство обслуживалось в собственном кэптиве. Но потом государство приняло два принципиальных решения: ведомственные пакеты в коммерческих структурах передать Минимуществу, а размещение госзаказов проводить на конкурсной основе. МВД фактически утратило контроль над СКПО. Это объективные факторы. Был еще и субъективный, связанный с новым менеджментом СКПО, но о нем я умолчу. Так или иначе, но по совокупности обстоятельств министерство провело беспристрастный тендер. Который и выиграл «Росгосстрах». Во-первых, потому что в нем государство сохраняло крупный пакет, тогда как в СКПО госдоля к тому моменту была сильно размыта. Во-вторых, наша филиальная сеть оказалась намного шире. В-третьих, мы предложили выгодные условия. Детали раскрывать не имею права. Могу лишь сказать, что страхование сотрудников правоохранительных органов (мы, кстати, обслуживаем еще и Госнаркоконтроль) – занятие, не приносящее сверхприбылей. Хотя, безусловно, статусное и престижное.

Госстрахование занимает в портфеле «Росгосстраха» довольно скромную долю. «Конек» же компании – ОСАГО. Именно под него «затачивалась» нынешняя структура холдинга. Уже через год после введения обязательной «автогражданки» он контролировал примерно треть нового рынка (сегодня доля сократилась до чуть более четверти). Несомненно, тому способствовал огромный ресурс в виде широких филиальной и агентской сетей. Впрочем, «автогражданский» портфель «Росгосстраха» нельзя назвать идеальным. При том, что на него приходится почти 40% бизнеса компании, средняя премия по договору одна из самых низких – около 1900 рублей. Среднерыночное значение показателя в 2006 году достигало 2051 рубля.

Объяснение феномену лежит на поверхности: во многих регионах «Росгосстрах» даст фору любому из операторов, но в самом «премиальном» – столичном он уступает другим лидерам отрасли. Исправить ситуацию менеджеры компании попытались в декабре 2005 года, разработав масштабную рекламную акцию, провайдером которой выступил «Росгосстрах-Столица». Ее суть простая: приобрел полис – получил подарок. Стоимость подарков составляла от 1 тыс. рублей. Сообщество возмутилось – ведь страховщики настаивали, что тарифы по «автогражданке» занижены, а подарки и скидки предлагают только маленькие демпингующие компании, которые скоро покинут рынок. И тут вдруг такое позволяет себе лидер отрасли.

Акция заинтересовала Росстрахнадзор и в большей степени Федеральную антимонопольную службу, которая не просто потребовала ее прекратить, но и попыталась взыскать в бюджет всю прибыль, полученную в ходе ее проведения. «Росгосстрах», уверенный в своей правоте, пошел в суд.

Дмитрий Маркаров:
– В итоге мы заключили мировое соглашение, сумма претензий резко сократилась. И все же я считаю, что нарушения закона не было. Во-первых, эта акция проходила только в наших офисах, не через агентов. То есть мы не платили по таким договорам комиссионных. Подарки же приобретались за счет нашей прибыли. Таким образом, ни малейшей угрозы устойчивости компании не создавалось, структура тарифа жестко соблюдалась. В отличие от некоторых других компаний, которые предлагают по ОСАГО и за счет ОСАГО всякого рода дополнительные услуги или платят непомерное вознаграждение агентам и брокерам. Мы всегда выступали за единые правила игры для всех.

Основные показатели

Компания Город регистрации Уставный капитал, млн руб. Премия, млн руб. Выплаты, млн руб.
Росгосстрах Москва 649 3401 2451
Росгосстрах-Аккорд Уфа 500 1809 1019
Росгосстрах-Дальний Восток Владивосток 600 1236 729
Росгосстрах-жизнь Москва 60 78 0,4
Росгосстрах-медицина Москва 110 13 5
Росгосстрах-Поволжье Нижний Новгород 1800 6399 2849
Росгосстрах-Северо-Запад Санкт-Петербург 1200 4044 1950
Росгосстрах-Сибирь Новосибирск 700 3508 1545
Росгосстрах-Столица Люберцы 3 000 9506 3594
Росгосстрах-Татарстан Казань 500 1274 652
Росгосстрах-Урал Тюмень 1300 3733 1735
Росгосстрах-Центр Владимир 1200 4631 2154
Росгосстрах-Юг Ростов-на-Дону 1000 3964 1821

Источник: Росстрахнадзор

Моменты истории

1921

6 октября Совет народных комиссаров РСФСР принимает декрет «О государственном имущественном страховании». Для его реализации учреждено Главное управление государственного страхования.

1947

Управление иностранного страхования выходит из состава Госстраха СССР и становится самостоятельной структурой, получившей название «Ингосстрах».

1991

Бывшие управления Госстраха РСФСР становятся самостоятельными юридическими лицами – государственными страховыми фирмами.

1992

Согласно постановлению правительства от 10 февраля правопреемником Госстраха РСФСР становится Российская государственная страховая компания, образованная в форме открытого акционерного общества. 100% ее акций владеет государство.

1996

В ноябре утвержден план приватизации «Росгосстраха», во главе которого тогда стоял Владислав Резник. Сегодня он занимает пост председателя Комитета Госдумы по кредитным организациям и финансовым рынкам.

1997

Государственные страховые фирмы, составляющие систему «Росгосстраха», преобразованы в дочерние страховые акционерные общества. План приватизации был отменен.

2001

Начинается поэтапная приватизация, в ходе которой 49% акций ОАО «Росгосстрах» приобретает консорциум частных акционеров, интересы которых представляла «Тройка Диалог».

2002

22 марта Рубен Варданян становится генеральным директором «Росгосстраха». 25 апреля того же года президент России подписал закон об обязательном страховании автогражданской ответственности, в лоббировании которого менеджеры страховщика приняли активное участие.

2003 год

Летом «Тройка Диалог» в интересах частных инвесторов выкупает у государства в ходе аукциона 26% минус 1 акцию «Росгосстраха». Совет директоров страховщика возглавил Данил Хачатуров. Дочерние структуры «Росгосстраха» объединены в семь межрегиональных и три региональные компании, созданных в форме ООО.

2004

Рубен Варданян продолжил путь инвестбанкира, покинув пост генерального директора «Росгосстраха».

2006

Впервые за несколько лет «Росгосстрах» начинает финансировать затраты на свое развитие за счет собственных источников. Год страховщик закончил с убытком в 2,34 млрд рублей.

2007

Руководитель департамента финансовой политики Минфина и председатель совета директоров «Росгосстраха» Алексей Саватюгин объявил, что государство, возможно, сократит свою долю в капитале компании. Правда, потом он уточнил, что высказал лишь свое мнение.

M&A: «'Капиталъ' мы не покупали»

В начале этого года появилась информация о сделке между структурами Данила Хачатурова и ИФД «Капиталъ» в отношении группы «Капиталъ Страхование».

На то указывали не только анонимные источники, но и некоторые косвенные признаки. В 2005 году система «Росгосстрах» пополнилась аффилированной структурой на Украине, ранее принадлежавшей группе «Капиталъ». В начале 2006 года «Капиталъ Страхование» вышло из числа акционеров банка «Петрокоммерц», бумаги были переведены в собственность офшорной компании Reserve Invest. Затем группа выплатила 803,95 млн рублей своим акционерам – это значительные дивиденды по меркам российских страховщиков, что может свидетельствовать о начале предпродажной подготовки. Кроме того, «Росгосстрах» и «Капиталъ Страхование» прошлой осенью заключили загадочное соглашение о партнерстве, правда, нынешней весной по просьбе Федеральной антимонопольной службы его расторгли. Впрочем, руководство обеих компаний факт сделки M&A не подтверждают.

Методические рекомендации по управлению финансами компании



Подписка на статьи

Чтобы не пропустить ни одной важной или интересной статьи, подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

Школа

Школа

Проверь свои знания и приобрети новые

Записаться

Самое выгодное предложение

Самое выгодное предложение

Воспользуйтесь самым выгодным предложением на подписку и станьте читателем уже сейчас

Живое общение с редакцией

А еще...


Рассылка




© 2007–2016 ООО «Актион управление и финансы»

«Финансовый директор» — практический журнал по управлению финансами компании

Зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи,
информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)
Свидетельство о регистрации Эл №ФС77-43625 от 18.01.2011
Все права защищены. email: fd@fd.ru


  • Мы в соцсетях
×
Зарегистрируйтесь на сайте,
чтобы скачать образец документа

В подарок, на адрес электронной почты, которую Вы укажете при регистрации, мы отправим форму «Порядок управления дебиторской задолженностью компании»

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль
Зарегистрируйтесь на сайте,
чтобы продолжить чтение статьи

Еще Вы сможете бесплатно:
Скачать надстройку для Excel. Узнайте риск налоговой проверки в вашей компании Прочитать книгу «Запасной финансовый выход» (раздел «Книги»)

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль